ТехЛиб

Библиотека научно-технического портала Технарь

Антонио Гауди-и-Корнет

Сергей Ткачев
5a4270b3b3d5a42d9f7f1b9e39c18529

Творчество выдающегося архитектора Антонио Гауди-и-Корнет является потрясающим феноменом не только испанской архитектуры, но и всего мирового зодчества. Созданные им творения немедленно напоминают о восточной сказке, которой мы все искренне отдаем душу.

Воплотить в реальность и визуализировать, пропустить сквозь собственную душу это грандиозное мавританское прошлое, мог только истинный гений.

Эти островки фантазии, напоминающие об истинных ценностях в жизни, необычайно украшаю саму жизнь… делают ее более челове5чной, выявляют главный ее гуманистический смысл. А он… как выясняется, вовсе не в том, чтобы вытирать сопли всем никчемным и богом и обиженным, а в том, чтобы дат раскрыться истинному таланту.

Лично для меня само существование архитектурных шедевров Гауди — видимый и осязаемый факт истинной веры испанцев в Бога. Знаете, можно долго говорить на эту тему, но ведь все знают, насколько сложно принять истинный талант, насколько было бы проще в отношении того же Гауди сказать, что его место — в психушке.

Антонио Гауди. Парк Гуэля

Антонио Гауди. Парк Гуэля

Согласитесь… вещи его, со скучной обывательской точки зрения, достаточно сумасбродные. Но вот, благодаря усилию многих людей, они реализовались… и душу охватывает восторг и светлая печаль. Да, тут понимаешь, как надо любить жизнь.

А ее следует любить настолько больше себя, чтобы поддержать истинный талант. Того, кто оставит в жизни куда более значительный след, чем ты. И это намного сложнее, чем рассусоливать про «социальную справедливость» и тянуть в искусство заведомое ничтожество, лишая окружающих самого значительного повода радоваться жизни.

Усадьба (Колония) Гуэль (1884-1887) и Дворец Гуэль (1886-1891) характеризуются динамическим развертыванием объемов в пространстве. Оригинальные вертикальные, пластические, почти статуарные акценты, сочетание разнообразных орнаментальных мотивов, декоративные функции цвета, соединение кирпича и керамики — наиболее яркие приметы стиля усадьбы. Интерес к выразительности арабской архитектуры сочетается со способностью уйти от подражания, насытить стилизацию оригинальной игрой мотивов.

Парк Гуэля посвящен важнейшему событию в жизни Гауди. В период с 1883 по 1900 годы он знакомится с Эусебио Гуэль — богатым промышленником, ценителем искусства и меценатом, который становится его главным заказчиком, постоянно оказывающим финансовую и дружескую поддержку. Из дружбы и творческого сотрудничества этих двух людей, живших на изломе эпох, рождается уникальное явление, являющееся Меккой для всех, кто ищет истинный смысл жизни.

В начале ХХ века меценат Гуэль задумал вложить деньги в недвижимость в пригороде Барселоны. Он планировал превратить унылую «лысую гору» в город-сад и приобрел 15 га земли под застройку. Правда, барселонцы не спешили покупать пустынные участки; идея провалилась, зато был создан уникальный по красоте и продуманности парк. В конечном счете, топография местности во многом определила планировку; извилистые дорожки и декоративные арки, так любимые Гауди, как нельзя лучше подходили к неровностям ландшафта.

АКнтонио Гауди. Крипта в Санта Колома де Сервелло

АКнтонио Гауди. Крипта в Санта Колома де Сервелло

Колония Гуэль (1898-1915) и парк Гуэль (1900-1914) являются выражением социально-утопических идеалов Гуэля и Гауди. Колония была задумана как рабочий поселок с церковью и криптой в Санта Колома де Сервелло, но оказалась незавершенной. Построена крипта — уникальнейшее сооружение, кульминация в поисках символического языка архитектуры, способного выразить трансцендентные идеи.

Общий замысел восходит к готическим архитектурным концепциям. Рисунок нервюрных сводов, колонны, будто живые стволы деревьев, согнутых под тяжестью перекрытий, драматургия противоборства камня и кирпича, свет, проникающий через витражные окна с крестовым орнаментом создают почти ирреальное пространство.

Сочетая пышность пластического убранства в духе «мудехара» с конструктивным новаторством, Гауди впервые применил бетонные параболические арки. В 1903–1910 годах осуществил разбивку и архитектурно-декоративное оснащение парка Гуэль, по сути лишь фрагмента задуманного «города-сада» на окраине Барселоны, – в парковой планировке и сооружениях (в том числе «бесконечной скамье») ярко проявилась любовь мастера к формам, композиционно и колористически соревнующимся с самой природой.

Замысел парка по образцу английского «города-сада» принадлежит графу Гуэлю. Проект включает 60 особняков на склонах холма на окраине Барселоны. Используя естественный рельеф, Гауди развертывает динамическую композицию, в которой типологические особенности живописного парка доведены до максимальной степени выразительности благодаря богатейшей фантазии автора и яркости южной природы.

5a4270b3b3d5a42d9f7f1b9e39c18529Самое веселое и радостное произведение каталонца – знаменитая извилистая скамья, установленная по периметру крыши рынка в парке Гуэля. Одновременно скамья служит ограждением крыши. Ее форма обеспечивает сток воды во время дождей. Сидеть на скамье очень удобно: по замыслу Гауди, рабочие должны были садиться на слой не застывшего раствора, чтобы обеспечить идеальную форму сиденья. На первый взгляд, скамья бессистемно покрыта осколками изразцов; но для людей знающих становится заметна глубокая символика, раскрывающаяся в ярких рисунках.

Рукотворные архитектурные элементы садово-парковых сооружений соперничают с живой растительностью, а из грубых, необработанных камней сплетаются тонкие орнаментальные кружева.

Мечта Гауди о слиянии в органическом единстве мира природы и мира человека воплощается в жизнь. Свободная игра воображения создает с помощью камня, мрамора, разноцветной майолики колорит, не уступающий краскам природы. Из задуманных домов выстроено только три. В 1914 работы в парке были прекращены, а после смерти Гуэля в 1922 его приобрела мэрия города. Интересен дом в стиле модерн, построенный ближайшим другом Гауди Фр. Беренгуером, который Гауди купил в 1906 и в котором прожил до конца жизни.

Архитектура Гауди — это такая квинтэссенция радости жизни, всех удивительных тайн заключенных в ней. Она весьма и весьма непрактична. Даже в сухом благоприятном климате Испании его шедевры оказались недолговечны и требуют постоянной реконструкции.

Никто раньше не позволял себе так свободно обращаться с цветом и формой – Гауди смело сочетает керамику и кирпич, восточные орнаменты и геометрически мозаики, вертикальные колонны и волнистые горизонтали, а яркие краски сделали этот необыкновенный парк похожим на сказочное королевство. Совместные проекты Гуэля и Гауди не были закончены – из планируемых 60 зданий построено всего три. После смерти Гуэля Парк приобрела мэрия Барселоны, сделав его культурной достопримечательностью.

Антонио Гауди. Храм Саграда Фамилия

Антонио Гауди. Храм Саграда Фамилия

Кроме того, он оставил и намеренный долгострой — собор Саграда Фамилия (1884-1926, не закончен). Заказ на строительство нового собора Барселоны, Саграда Фамилия (Святое семейство), архитектор получает в 1883 году. Гауди, глубоко верующий человек, отдает ему все творческие и духовные силы.

В молодости архитектор был рьяным антиклерикалом, однако затем стал убеждённым католиком. Последние годы зодчий провёл как аскет-отшельник, полностью посвятив все свои силы и энергию на создание бессмертного собора Святого Семейства, который стал высшим воплощением не только его уникального таланта, но и истовой веры.

Храм строился по образцу готических соборов. Предполагалось возведение трех фасадов: Рождества, Страстей и Славы. Символика самой готической архитектуры соединяется здесь с его тягой к символическому мышлению. Храм должны были венчать 12 башен (как аллегории 12 апостолов), шпиль над средокрестием — символизировать Христа, вертикаль над апсидой — Богоматерь.

На строительство самого выдающегося храма Барселоны Антонио Гауди потратил 40 лет своей жизни и не закончил его из-за отсутствия средств. Долгострою уже больше 120 лет, однако, в 2010 году его объявили готовым к богослужениям, а папа Бенедикт XVI присвоил храму звание Малой папской базилики.

Придавая особое значение этой постройке как монументальному символу национального и социального возрождения Каталонии, Гауди с 1910 года целиком на ней сосредоточился, разместив здесь свою мастерскую. Порталы и башни храма оснащены изобильной скульптурой, воспроизводящей как бы весь живой мир, головокружительная сложность профилей и деталировки превосходит все, что было когда-либо известно готике. Это своего рода готический модерн, в основу которого, однако, положен план сугубо средневекового собора.

Пятинефная церковь спроектирована в форме латинского креста. Гауди успел создать только один из фасадов церкви – фасад Рождества. Строительство фасада Страстей началось уже после смерти Гауди, а для фасада Славы мастер успел сделать наброски и макеты, из которых до нашего времени сохранилась лишь часть. Планируется, что храм будет окончен в 2030 году. 12 башен по периметру церкви, по замыслу Гауди, символизируют 12 апостолов. Над собором будет возвышаться 170-метровая башня Иисуса Христа, ее окружат четыре башни поменьше, посвященные евангелистам, а апсиду увенчает купол башни Девы Марии.

Неизвестно, как выглядел бы храм Святого Семейства, если бы его полностью создавал Гауди. Лепные украшения фасада Рождества, большая часть которого выполнена при жизни выдающегося архитектора, изображают сцены из Нового завета и демонстрируют величие христианской церкви, но в формах башенок, желобов и лестниц угадываются очертания ящериц и улиток, а также других представителей местной фауны.

Зодчий успел возвести крипту, часть стен, фасад Рождества. Позже возведен фасад Страстей. Художественный образ храма складывается из оригинальной трактовки готических архитектурных элементов, контраста между рационализмом структуры здания и испанской барочной пышностью фасада (плоскости стены растворяется в буйстве растительного орнамента, скульптуры, зооморфных форм), выразительности фактуры материала.

Строительство собора Саграда Фамилиа, начавшись в 1883 году, продолжается до сих пор. Сейчас построены 2 фасада и 8 шпилей. Уникальный облик собора родился на основе линий готических храмов, богатства мавританских орнаментов и роскоши каменных фасадов платереско. Это своего рода итог всего, что за многовековую историю страны нашло отражение в испанской архитектуре. Возможно, именно поэтому испанцы не торопятся достраивать собор, заменив многообещающим вопросительным знаком ту точку в истории архитектуры Испании, которую хотел поставить Антонио Гауди.

Собор продолжают возводить до сих пор. Это словно пряжа – когда она закончится, прекратится жизнь на земле.

Каждое поколение должно найти свою дорогу к Храму, а строительство собора человечество не должно прерывать ни при каких обстоятельствах. В сущности, это и есть цель не только искусства, но и самого человеческого бытия.

Эта глобальная идея и заключена в грандиозном замысле Гауди, в панораму которого органично включаются стрелы башенных кранов. Строительство храма продолжается, значит, продолжается жизнь, а будущее непременно наступит, пусть и не для нс, но для тех, кто продолжит строительство…

Знакомство с культурой и искусством Испании позволяют иначе взглянуть не только на привычную историю с догматами, вроде «…по мере того, как Испания волей истории все больше отставала от передовых стран Европы и вошла в XX столетие, потерпев полный крах как колониальная держава».

Со временем на многие вещи начинаешь смотреть иначе. «Отсталость» — вдруг оборачивается бережным сохранением традиций, которые с течением времени приобретают непреходящую ценность. «Колониальный крах» и поражение «Непобедимой армады» вдруг выливаются в «драму чести» и невиданное по тем временам литературное творчество. Да, все же неважно, что мы переживаем, важно то, какие выводы мы делаем, чей храм решаем достроить…

Вспомним еще раз этапы испанского Возрождения, начавшегося на контакте с мавританской культурой, вдруг давшей толчок всему европейскому Возрождению, пробуждению от тяжелого сна Средневековья.

Испанский замок Коломарес, построенный в честь Христофора Колумба

Испанский замок Коломарес, построенный в честь Христофора Колумба

Отдельные фазы Возрождения в Испании не совпадали с соответствующими этапами Возрождения в других странах.

— XV столетие в испанском искусстве представляет период зарождения нового художественного мировосприятия.

— В первые десятилетия XVI века возникают стилевые явления, связанные с Высоким Возрождением, но все же преобладающими оказываются раннеренессансные традиции.

— Временем высших достижений испанской культуры является вторая половина XVI века. Достаточно назвать имя великого Сервантеса, чтобы представить себе, какие глубокие и многогранные проблемы действительности были воплощены в литературе той эпохи. Значительные художественные достижения характеризуют архитектуру и живопись. Ко второй четверти XVI столетия относится строительство такого величественного ансамбля, как Эскориал; в это время в Испании работал греческий художник Доменико Теотокопули, известный под именем Эль Греко. Но в отличие от итальянских (в частности, венецианских) мастеров позднеренессансного периода, в творчестве которых явственно выражались связь и преемственность с кругом художественных идей предшествующих этапов Возрождения, в испанской живописи острее воплотились черты трагического кризиса позднего Ренессанса.

Сосуществование в культуре Пиренейского полуострова обособленных областей широко и сложно проявилось на всех этапах истории. В средние века в условиях военной ситуации сама сфера творчества была ограничена, что обусловило отставание Испании от других стран Европы. Вместе с тем процесс колонизации освобожденных земель, на которых образовывались небольшие феодальные государства и как бы создавалась новая жизнь, заключал в себе в высшей степени творчески активное, утверждающее начало. Объединение страны сопровождалось рождением единого художественного стиля, которым в первой половине XVI века стал стиль платереск. Возникший на волне общенационального подъема, сопровождаемый общим экономическим, политическим и культурным расцветом страны, этот стиль вобрал в себя многие особенности местных школ.

Однако испанскому абсолютизму не удалось до конца преодолеть разобщенность провинций. В ту пору, когда испанская культура еще продолжала оставаться на подъеме, многообразие локальных художественных особенностей чрезвычайно ее обогащало, как бы вливало живые, еще не растраченные силы. Тогда же, когда не только государство, но и сама культура вступила в затяжной кризис, художественная жизнь местных центров приобрела оттенок провинциализма.

Некогда знаменитые процветающие испанские города давно отошли на второй план, словно замерли в движении времени. Многие из них, застроенные в конце XIX — начале XX века новыми зданиями, неузнаваемо изменились. Однако значительной части городов удалось сохранить старые кварталы, свои великие памятники. Поздние напластования не заслонили их неповторимый облик.

Узловые вопросы художественного процесса в Испании еще ждут своего исследования. В старых городах Андалусии и Толедо древность доминирует в городском ансамбле. Барселона практически целиком новый город, ее средневековый комплекс — лишь маленькое вкрапление в огромный мегаполис.

По материалам Архитектура Испании в средние века и эпоху Возрождения

Вот на таком историческом фоне, явственно свидетельствующем о непоколебимой решимости испанцев возвести свой храм, какие бы перемены не происходили в мире, появляется гений Антонио Гауди.

gaudi75ГАУДИ (Гауди-и-Корнет; Gaudi y Cornet) Антонио (25 июня 1852, Реус — 10 июня 1926, Барселона), испанский архитектор, яркий и оригинальный представитель органической архитектуры в европейском модерне.

Антонио Гауди родился 25 июня 1852 года в небольшом городке Реус, недалеко от Таррагоны, в Каталонии; принадлежал к роду потомственных каменщиков.

Его отец был медником, и этот факт, несомненно, оказал влияние на пристрастие Гауди к художественному литью. Многие поразительнейшие творения Гауди сделаны из кованого железа, зачастую его собственными руками.

Детство Гауди прошло у моря. Впечатления о первых архитектурных опытах он пронёс через всю жизнь. Поэтому все его дома напоминают замки из песка.

Из-за ревматизма мальчик не мог играть с детьми и часто оставался в одиночестве. Его внимание надолго приковывали облака, улитка, цветы… Антонио мечтал стать архитектором, но при этом не хотел ничего изобретать. Он хотел строить так, как строит природа, и лучшими из интерьеров считал небо и море, а идеальными скульптурными формами — дерево и облака.

Здесь, в Реусе, он и начал свое образование. Когда школьный учитель заметил однажды, что птицы могут летать благодаря своим крыльям, подросток Антонио возразил: крылья есть и у домашних кур, но летать они не умеют, зато благодаря крыльям быстрее бегают. И сказал, что крылья нужны и человеку, только он не всегда знает об этом.

С 1868 года жил в Барселоне, где в 1873–1878 годах занимался в Высшей технической школе архитектуры. Попутно работал чертежником и изучал различные ремесла (столярное дело, ковку металлов и др.) в мастерской Э.Пунти. Испытал большое влияние теории Э.Виолле-ле-Дюка, развивающей принципы готической архитектуры, но в еще большей степени – воздействие реальной местной готики с ее живописным сочетанием (в постройках стиля «мудехар») автохтонно-европейских и восточных, мавританских мотивов.

В Барселоне после пяти лет подготовительных курсов был принят в Провинциальную школу архитектуры, которую окончил в 1878 году.

В 1870—1882 годах Антонио Гауди работал под началом архитекторов Эмилио Сала и Франциско Вильяра чертёжником, безуспешно участвуя в конкурсах; изучал ремесла, выполняя множество мелких работ (ограды, фонари и т.д.), проектировал также мебель для собственного дома.

Уже вначале видны поиски синтеза романо-готического каталонского искусства с декоративными чертами восточной архитектуры, геометризма орнамента с формами органической природы. Эти тенденции сохранятся на протяжении всего творчества.

Когда Антонио Гауди был студентом архитектурного семинара Барселонского университета, его руководитель не мог решить, с кем он имеет дело – с гением или сумасшедшим.

Темой учебного проекта Гауди выбрал ворота кладбища, и это были ворота крепости – они разделяли мёртвых и живых, однако свидетельствовали, что вечный покой – всего лишь награда за достойную жизнь.

В Европе в то время наблюдался необычайный расцвет неоготического стиля, и юный Гауди восторженно следовал идеям энтузиастов неоготики — французского архитектора и писателя Виоле ле Дюка (крупнейшего в XIX в. реставратора готических соборов, восстанавливавшего Собор Парижской Богоматери) и английского критика и искусствоведа Джона Рёскина. Провозглашённая ими декларация «Декоративность — начало архитектуры» полностью соответствовала собственным мыслям и представлениям Гауди, творческий почерк которого с годами становится совершенно неповторим, архитектура столь же далека от общепринятой, как геометрия Лобачевского — от классической Евклидовой.

С 1868 жизнь Гауди связана с Барселоной, чей облик, как и вся культура Каталонии, оказали на него сильное влияние. В причудливых постройках добивался впечатления фантастических, как бы вылепленных от руки архитектурных форм. Его творчество разнообразно: культовое зодчество, частные и многоквартирные дома, садово-парковая архитектура. К наследию Гауди заметен интерес архитекторов постмодерна. Личная жизнь связана с работой: архитектуре служил бескомпромиссно, почти фанатично.

В 1870–1882 годах выполнял прикладные заказы (эскизы оград, фонарей и т.д.) в мастерской архитекторов Э.Салы и Ф Вильяра. Уже первая его достаточно крупная самостоятельная работа (фонтан на площади Каталонии, 1877) выявила яркую причудливость декоративной фантазии автора.

В 1878–1880 годах было построено и первое здание по его проекту – Каса Висенс, где Гауди использовал полихромные эффекты керамической облицовки, столь характерные для его зрелых вещей. В 1887–1900 годах осуществил ряд проектов и за пределами Барселоны (епископский дворец в Асторге, 1887–1893; Каса Ботинес в Леоне, 1891–1894; и др.), придавая своим неоготическим стилизациям все более свободный характер. Выступал и как реставратор (в 1904–1914 годах реконструировал собор в Пальме-де-Мальорка).

В 1878-1882 годы осуществляет архитектурное и гидравлическое решение каскада в парке Цитадель, оформление фонарей площади Реаль (1878-1879), проект рабочего квартала и фабричного здания кооператива «Ла Обрера Матароненсе «. Архитектор еще не работает самостоятельно, вместе со старшими коллегами участвует в решении преимущественно социальных и урбанистических задач, которые останутся актуальными и в дальнейшем.

Епископский дворец в Асторге (1887-1893) , Каза де лос Ботинес в Леоне (1891-1894), школа монастыря св. Терезы (Коллегио Терезиано) (1888-1890 )являются вариантами самобытного диалога с готикой. Выделяются чистота линий, строгий ритм колонн и арок, эстетически изысканное сочетание цветов и материалов в школе, органическое слияние здания с ландшафтом в Асторге. Для Каса де лос Ботинес характерно сложение конструктивных и эстетических особенностей решения интерьера частных сооружений.

Дом Висенс (1888)

Дом Висенс (1888)

В период раннего творчества, отмеченный влияниями архитектуры Барселоны, а также испанского архитектора Марторела, строятся его первые, богато декорированные, относящиеся к раннему модерну, проекты: «стилистические близнецы» — нарядный Дом Висенс (Барселона) и причудливый Эль Капричо (Комильяс, Кантабрия); также компромиссный псевдобарочный Дом Кальвет (Барселона) — единственное здание, признанное и любимое горожанами при его жизни.

Дом Висенс (1883-1885) — снова диалог с арабской архитектурой. Асимметричное решение фасадов, ломаная линия крыши, геометрический орнамент, кованые решетки на окнах и балконах, яркий колорит за счет керамики — отличительные черты дома.

Барселона, через которую прошли карфагеняне и римляне, мавры и французы, оставив память о себе буйным смешением стилей, была для Гауди источником вдохновения, но он не довольствовался водой из источника – он хотел превратить её в вино.

Его творческие идеи будоражили воображение, но заказов не приносили. Ему было за 30, когда Общество почитателей Святого Иосифа предложило ему возвести собор Саграда Фамилиа (Святого Семейства).

Однако решающей для реализации затеи архитектора оказалась его встреча с Эусейно Гуэлем. Этот текстильный магнат, богатейший человек Каталонии, не чуждый эстетических озарений, стал покровителем архитектора. Он мог позволить себе заказать любую мечту, а Гауди получил то, о чём мечтает каждый творец: свободу самовыражения без оглядки на смету. Дом фабриканта в Барселоне, настоящий дворец, построенный Гауди, был ответом художника меценату.

В лице предпринимателя Э.Гуэля (с 1883 года) Гауди обрел надежного патрона. Выстроил для него усадьбу (или т.н. павильоны) в Педральбесе (ныне в черте Барселоны; 1885–1888) и городской особняк (Палау Гуэль; 1886–1888). Позднее Гауди стал другом Гуэля. Антонио выполняет для семейства Гуэль проекты павильонов усадьбы в Педральбесе близ Барселоны; винных погребов в Гаррафе, часовни и крипты Колонии Гуэль (Санта Колома де Сервельо); фантастического Парка Гуэля (Барселона).

Антонио Гауди. Дворец Гуэля

Антонио Гауди. Дворец Гуэля

Эусебио Гуэль поддержал его идеи, которые казались чуждыми и странными всем остальным. Создавая дворец Гуэля, Антонио Гауди воплотил множество оригинальных конструктивных решений, некоторые из них были оценены лишь десятилетия спустя.

Великий каталонец создал 22 варианта фасада здания, которое следовало разместить на очень небольшой площади. Так появился восьмиэтажный дворец, облицованный серым гаррафским мрамором. Для въезда экипажей предназначались две высокие арки с гигантскими железными воротами. Над входом располагалась крытая галерея главного этажа, которая пересекала весь фасад.

Сильное впечатление на зрителя производила крыша здания, украшенная восемнадцатью дымоходами и вентиляционными трубами, которые окружали центральный конический шпиль. Дымоходы были выложены осколками керамической плитки в свободной технике trencadis.

Внутри Гауди установил 127 колонн из известняка, каждая из которых была уникальной. В убранстве использовались замысловатые конструкции из металла. Богатство хозяина дома подчеркивала древесина ценных пород, которой были отделаны комнаты; инкрустация из черного дерева, черепахового панциря и слоновой кости; декоративные орнаменты; живопись, созданная специально для дома Гуэля.

В 1900-1917 годы оригинальный стиль Гауди достигает своего пика. Окончательно войдя в этот период в русло модерна, произведения Антони Гауди составили в нем особую главу, выделяясь фееричностью своих цветовых и пластических эффектов.

В это время построены самые известные его дома, общий экстравагантный облик которых и отдельные детали (типа «сюрреалистических» дымоходов Каса Мила) – полны чувства природной первостихийности. Тот же пульсирующий биоморфизм свойствен и знаменитым доходным домам, среди которых Каса Батло (1904-1906) и Каса Мила (Ла Педрера, т.н. Каменоломня; 1905–1910).

5a4270b3b3d5a42d9f7f1b9e39c18529(5)Каса Батло (Дом Костей) — лирическое творение, где виртуозно используются гармония цвета и пластическая фактура материала. Архитектурно-скульптурный декор кажется состоящим из живых, застывших только на мгновение форм. Символика живого завершается в оформлении крыши в виде спины дракона.

Здание перестроено из старого доходного дома, боковые стены которого примыкали к соседним зданиям. Гауди сохранил его первоначальную структуру и спроектировал два новых фасада, выходящих на проспект и внутрь квартала. Мастер полностью перестроил нижний этаж и бельэтаж и создал оригинальную мебель. Также он добавил подвал, мансарду и асотею (характерную для испанской архитектуры террасу на крыше). В качестве дополнительного источника освещения Гауди использовал две световые шахты, объединив их во внутренний двор. Для достижения равномерной освещенности светового двора, архитектор применил керамическую облицовку, цвет которой снизу вверх постепенно изменяется от белого до синего. Размеры окон также уменьшаются с высотой.

Дом как будто покрыт чешуей дракона; очертания колонн и балконов напоминают гигантские кости. Здание увенчано башенкой, над которой возвышается георгиевский крест; по мнению исследователей творчества Гауди, башенка символизирует победу св.Георгия над драконом – излюбленную легенду каталонцев.

5a4270b3b3d5a42d9f7f1b9e39c18529(4)Каса Мила (Ла Педрера) — классический образец модерна: своим образно-символическим характером (первый этаж решен как подземный мир грота, линии фасадов напоминают движение морских волн), неуловимым переходом от симметрии к асимметрии, изысканным сочетанием разнородных материалов, орнаментальным богатством балконных решеток из кованого железа.

Жилой дом, возведенный для семьи Мила, стал последним светским проектом до того, как Гауди посвятил себя созданию храма Саграда Фамилия. За несколько тяжеловесный и неровный фасад барселонцы прозвали дом «каменоломней», однако впоследствии идеи мастера были оценены по заслугам, и здание внесли в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Проект стал новаторским для своего времени. В здании была отлично продумана система естественной вентиляции; имелся подземный гараж. Дом представлял собой железобетонную конструкцию с несущими колоннами и не имел несущих и опорных стен. Таким образом, межкомнатные перегородки внутри дома хозяева могли перемещать по своему усмотрению. Чтобы обеспечить здание светом и воздухом, архитектор спроектировал три внутренних дворика; таким образом, почти в каждой из комнат имелось окно, куда поступал дневной свет.

В 1904-1913 годах Гауди участвует в реставрации памятника испанской готики — собора в Пальма де Майорка. В 1918-1926 завершает фасад Рождества Саграда Фамилия. Его порталы посвящены трем христианским добродетелям: Вере, Надежде, Любви. Фасад украшен сценами из жизни Богоматери и детства Христа. Жизнь Гауди оборвалась трагически: он попал под трамвай и спустя три дня умер. Похоронен в крипте собора Саграда Фамилия.

За свою жизнь великий архитектор Антонио Гауди-и-Корнет реализовал 18 проектов, большинство из которых расположены в Барселоне. Принято считать, что творения Гауди представляют модерн; однако это не совсем правильно: на самом деле, отнести их к единому стилю невозможно. Они настолько необычны, что являют собой исключительно стиль самого Гауди. Предлагаем вашему вниманию пятерку самых захватывающих произведений безумного архитектора.

У Гауди были разные глаза: один — близорукий, другой — дальнозоркий, но он не любил очки и говорил: «Греки очков не носили».«Это безумие — пытаться изобразить несуществующий объект», — писал он в своём юношеском дневнике.

Он ненавидел замкнутые и геометрически правильные пространства, а стены доводили его прямо-таки до сумасшествия; избегал прямых линий, считая, что прямая линия — это порождение человека, а круг — порождение Бога.Позже он скажет: «…исчезнут углы, и материя щедро предстанет в своих астральных округлостях: солнце проникнет сюда со всех сторон и возникнет образ рая… так, мой дворец станет светлее света».

Чтобы не «резать» помещение на части, он придумал собственную безопорную систему перекрытий. Только через 100 лет появилась компьютерная программа, способная выполнить подобные расчёты. Это программа НАСА, рассчитывающая траектории космических полётов.

Образцом совершенства он считал куриное яйцо и в знак уверенности в его феноменальной природной прочности одно время носил сырые яйца, которые брал с собой для завтрака, прямо в кармане.

Гауди был художником-мастеровым в высшем смысле этого слова. Он проектировал не только здания, но и удивительную мебель, причудливые решётки оград, ворот и перил. Своё поразительное умение мыслить и чувствовать в трёх измерениях объяснял наследственностью: отец и дед — кузнецы, один дед матери — бондарь, другой моряк — «люди пространства и расположения».

Талант Антонио Гауди был, разумеется, широко известен в Каталонии — зарисовки его складчатых сводов можно обнаружить в путевом альбоме совсем ещё молодого Ле Корбюзье. Однако по-настоящему «открыли» Гауди только в 1952 году, спустя 26 лет после смерти, когда состоялась огромная ретроспективная выставка его работ.

Известный архитектор имеет все шансы стать самым «авангардным» святым в истории католической церкви. Ведь Саграда Фамилия — это неоготика разве что по духу, от церковных канонов в проекте остались лишь общие очертания.

…10 июня 1926 года водитель такси, мельком взглянув на невзрачно одетого окровавленного человека – трамвай протащил его по мостовой несколько метров, брезгливо поморщился и отказался везти старика в больницу. Потом ему это припомнят. Гауди погиб, попав под «Синий трамвай» у подножья горы Тибидабо недалеко от Собора Святого Семейства, работы всей его жизни.

Через пять дней, 12 июля 1926 года, скорбная процессия, растянувшаяся на километры, медленно двигалась от госпиталя св. Креста в Старый город, к храму Саграда Фамилиа. Хоронили старика, которого никто не знал в лицо, но чьи творения теперь и уже навсегда определили облик Барселоны. Хоронили Антонио Гауди-и-Корнета, величайшего архитектора ХХ века.

Литература

    • Гауди — тореадор искусства. Биография. Авт.: Гиз Ван Хенсберген (пер. с англ. Гольдберга Ю.);
    • Шедевры Гауди. Авт.: Хворостухина С. А.;
    • Антонио Гауди. Авт.: Л. А. Дьяков;
    • Антонио Гауди. Сальвадор Дали. Авт.: Л. Боне, К. Монтес;
    • Антонио Гауди: Жизнь в архитектуре. Авт.: Райнер Цербст;
    • Гауди: Личность и творчество. Авт.: Бергос Ж., Бассегода-и-Ноннель Ж., Криппа Ж. (фотограф Льимаргас; пер. с англ. Котельникова Т. М.);
    • Лучшее из Барселоны (альбом). Изд.: A. Campana; Barcelona (издание на русском языке)- 2003;
    • Антонио Гауди // Архитекторы. Биографический словарь. Авт.: Комарова И. И.
    • Вся Барселона. Коллекция «Вся Испания».Русское издание. Editorial Escudo de Oro S.A., Barcelona.
    • Гауди. Русское издание. Editorial Escudo de Oro S.A., Barcelona.

Статья опубликована в «Литературном обозрении», 26.01.2016 г.

Читать по теме:

Animation